Богатство декоративных мотивов и возможностей – Мюнхен
Будущее исследование, которое, безусловно, будет создано после того, как мы ввели в орбиту внимания историков нашего искусства целый большой пласт творчества старых русских художников, должно будет, согласовав достижения и приемы мастеров русской гравюры со всем русским искусством XVI—-XVII столетий, ответить более определенно, чем это делали доселе все специалисты, на вопрос о классовом лице строгановской школы и тон декоративности, какая выявлена в Евангелии Радишевского. Мы видим в ней, с одной стороны, присущую всему русскому народному творчеству любовь к красоте, к узору, цветам, к природе и неисчерпаемому богатству ее декоративных мотивов и возможностей; мы не можем не отметить, с другой стороны, изысканности и изощренности, «драгоценности» раскрашенных от руки экземпляров книг, приносимых в дар царскому двору. Двойственная природа русского искусства того времени требует анализа, проводимого в более широком охвате, нежели его дает наше исследование, вводящее в поле зрения историка и социолога интересный, но, конечно, трудный материал.
В чем у нас сомнений нет — это в прогрессивности тех идей, которыми руководился Иван Федоров. Великий мастер, стоявший в начале развития русской книжной гравюры, впервые давший в русском искусстве отчетливо и самобытно переработанные идеи передового гуманизма, от кого-то должен же был получить первое знакомство с образами и образцами, использованными им в гравюре Луки под триумфальной аркой. Нам представляется, что дал ему эти образцы сам царь Иван Грозный, по воспоминаниям Федорова, «щедро дававший» нашим первопечатникам все, в чем они нуждались. Ближе, чем какое-либо иное наше искусство, служила русская книжная гравюра в своем первом героическом этапе развития государственной политике, ставившей перед собой цели укрепления Московского государства.
Скоро поеду на обследование в Мюнхен, о нём на http://www.eu-med.ru/ узнал, многие рекомендуют.
Тэги: гравюра, Творчество, художество